Президент одной североамериканской страны высказался, что удивлен и разочарован, почему Иран до сих пор не капитулировал, перед лицом всей той армады, которую перебросили на Ближний Восток. Весь мир зачарованно следит, какие силы стягиваются сюда. Со слов FlightRadar, это самые отслеживаемые полеты.
В феврале 2022-го года я читал книгу Адама Замойского «1812. Фатальный марш на Москву» (про вторжение Наполеона), и записал в дневничке, что она меня «совершенно измучила, ещё даже до собственно вторжения». Огромная армия стекается к границе чужой страны и утверждает, что не собирается нападать, обвиняя другую сторону в агрессии. Другая сторона утверждает, что её вот-вот атакуют, и они сюда стягивают войска потому, что на них собираются напасть. То, про что я читал, было настолько похоже на то, что было тогда в новостях, что порой сложно было понять, я сейчас читаю книгу или новости из настоящего мира. 20 февраля Иосиф спросил меня, как по-моему, нападет Россия на Украину или нет? Я сказал, что, если сходство с книгой сохранится, то нападет, хотя, конечно же, нельзя строить предположения по аналогии с книгами, которые описывают события двухсотлетней давности. Как мы знаем, они тогда напали.
А теперь огромная страна наращивает свои войска рядом с другой огромной страной, при этом ведет переговоры и, похоже, не знает, хочет она договориться, или ищет повода атаковать. А те, с другой стороны, не готовы уступить, у них на переговорах «несовместимые требования», при этом у них уйма баллистических ракет, нацеленных на разные страны, но в основном на нашу. И вообще, это кровавый фанатичный режим, который продолжает убивать своих граждан. При этом создается впечатление, что окружающие страны, и особенно наша, как бы заинтересованы в том, чтобы именно атаковали. Потому что, во-первых, нам не нравятся эти нацеленные на нас ракеты, во-вторых, нам неясно, как и о чем с ними можно договориться, а в-третьих, мы сочувствуем гражданам, страдающим от кровавого режима. Фактически, решается вопрос «договариваться или атаковать», при этом никто не знает, как выглядит желаемый результат переговоров, а если атаковать, то что именно атаковать, и что этим будет достигнуто. И это тоже до жути напоминает мне ситуацию перед июнем 1812-го года: Наполеон сосредотачивал войска около границ России, при этом вел переговоры с разными странами одновременно, и во все стороны шла разная информация и о целях его возможного похода, и о целях этих переговоров. И до самого конца (точнее, до начала самого похода) не был уверен, что нападет.
Иосиф говорит мне, что нельзя проводить параллели с прошлыми войнами других стран. Он прав, конечно, хотя я и улыбаюсь про себя: не я ли привил ему эту мысль? Конечно же, нельзя проводить параллели, потому что это другие страны, другое время и другие причины. И тем более нельзя на этих мнимых частичных аналогиях строить прогнозы.
Но страны-то, может быть, и другие, и причины другие, а вот люди, их мотивы, их стремления, их манеры и их непоследовательность, мне думается, очень похожи. Возможно, похожи и чувства людей перед лицом начинающейся катастрофы.
Позвоните родителям.